Замечательная история произошла со мной сегодня на рынке "Надежда" (сюр какой-то, а не название... на иврите вроде так привычно звучит, а переведешь, аж смешно).
Короче, подхожу к чуваку картошку покупать. Вижу ценник 3,50. Оглянулась, у остальных тоже столько же. Набрала в пакет, полезла за кошельком, поднимаю глаза и вижу, что продавец меняет ценник на 5,00. Пикает кнопочками на весах, говорит мне: "8,60". Я ему, мол, ты почем мне посчитал? А он мне: "По пять" . Я грю, как блин по пять, ты только что, глядя мне прямо в глаза, поменял ценник!!!
Он снова пикает, сменив выражение лица с наглого на удрученное, и обиженно так говорит, ладно, дескать, триписят, можешь посмотреть...
Я фигею.

Вот расскажу я вам в свете последних событий одну историю о "зловредности" грузин. Вернее, Грузина. Пьяного, естественно. Трезвый он лапочка, да и пьяный тоже, за исключением вот этой истории и еще одной, когда они с опять-таки пьяным Гомулиным устроили барагоз у Бород.
 Короче говоря, я переехала в Тель-Авив и сняла махонькую квартирку почти в полуподвале, зато в самом центре. Махонькая до такой степени, что в кухне помещалась я одна. Не в том смысле, что вдвоем там не развернуться, а в том, что гости нормального роста могли приготовить чай, вообще в эту кухню не входя, а стоя в комнате. Холодильник был размером с коробку от обуви, а посуду я мыла в душе, сидя на корточках. Ну не раздеваться же мне было, в самом деле. Помнится, на мой день Варенья набилось в квартиру тринадцать человек. Сидели везде- и на полу, и на кровати. Даже елку пришлось вынести на улицу (ну и что, что День рождения у меня 26 декабря? Я елку обычно наряжаю числа 15-го).
 Вобщем, стали ко мне в гости приезжать друзья из Иерусалима. По одному, разумеется, большее количество спиртного, чем на двоих, в мой холодильник бы не влезло.
 К приезду Грузина я заболела. Делаю это я крайне редко. Серьезно, раз в несколько лет. А высокой температуры у меня на тот момент не было лет восемь.
 И вот я, вся из себя без сил, горю, как сердце комсомольца, нос не дышит, уши тоже слабо выполняют свою функцию. Пошла на остановку встречать Лешечку. Вылезает он из автобуса, я ему слету сообщаю, что пить мы сегодня не будем вовсе, а вовсе даже пойдем в кино. Леша сначала улыбнулся, дескать, ценю и уважаю твое, Жазель, чувство юмора. Потом подумал и решил, что даже если не будем пить, сходить все же надо. А то как-то не по-христиански получается.
 Приходим в супер. Грузин - прямиком в нужный отдел. Подходит к полке с не самым лучшим, но очень миленько оформленным вином и начинает грузить его в коляску. Раз бутылка, два бутылка... И так пять раз. "Я, -говорю,- пить не буду, Заратустра здоровье не позволяет". А он мне: "Для здоровья как раз полезно. А еще Эдичка с Инкой подвалят. Не выкладывать же".
 Поход в кино все-таки состоялся, хотя и был под сомнением, т.к. Лешечка все время порывался попробовать винишко.
 Когда мы вернулись домой, мне совсем поплохело. Несмотря на это, Грузин с воодушевлением раскупорил наконец вино. Самое интересное началось тогда, когда Эдик отказался пить, что позволило радостной Инке увести его домой.
 Остались мы всемером. Температура неумолимо ползла вверх. Лешино желание выпить тоже. После первой бутылки я наивно подумала, что этим ограничимся, даже пригубила, содрогнувшись.